BESTSELLER.Yaroslavl.ru
"Монстро"
("Сloverfield")
фантастика
Монстро

Режиссер:
Мэтт Ривз

В ролях:
Майк Фогель
Лиззи Каплан
Джессика Лукас
Майкл Сталь-Дэвид
Ти Джей Миллер
Одет Жасмин
США , 2008
Один из вечных вопросов, родившихся вместе с самим кинематографом и издревле донимающих близкую к кинотворчеству братию – как сообщить зрителю эффект присутствия в фильме? Какое чудо нужно явить человеку, чтобы тот забыл, где находится, и с широко распахнутыми глазами и душой ребенка воображал себя внутри виртуального мира, с замиранием сердца следя за развитием окружающих его событий. Словно средневековые алхимики, превращающие свинец в золото, будто изобретатели, без устали придумывающие вечный двигатель, подобно мифическому Cизифу режиссеры и сценаристы искали эту волшебную формулу присутствия. И с каждым днем, с каждым шагом развития кинематографа цель удалялась от них всё больше.

Если во времена братьев Люмьер достаточно было показать движущийся поезд неискушенному зрителю, чтобы он позорным бегством признал превосходство таланта и нехитрых усилий автора, то со временем гость кинозалов становился всё более пресыщенным. Порой случались локальные удачи, но это были лишь исключения, подтверждающие правило: зритель, попивая пиво и похрустывая попкорном, впадать в гипнотическое забытье наотрез отказывался.

И ведь к ухищрениям кинематографический актив прибегал недюжинным. Кто-то посчитал, что для воссоздания эффекта присутствия достаточно лишь снять фильм на любительскую видеокамеру, снабдить его невероятной, но леденящей душу предысторией и лихим названием вроде «Ведьма из Блэр». Зритель клюнул было на уловку, но быстро сообразил , что к чему. Были и более основательные подходы. Добрый молодец М. Найт Шьямалан в одном из своих полотен, дабы увлечь синефилов происходящим, решил показать весь фильм хотя и профессиональной камерой, но с точки зрения исключительно рядовых обывателей, на месте которых и должен был возомнить себя смотрящий. Однако сделано всё было настолько в неспешной и неторопливой манере, что и здесь зритель усмотрел подвох, не увлекся идеей. Особенно продвинутые и передовые кинодеятели, вооружившись по последнему слову техники, заставили испытуемого нацепить очки, в которых он должен почувствовать себя внутри истории. Однако и этот метод панацеей не оказался. И вот наступило 18 января 2008 года – день, который смело можно занести в летопись синематографа.

Непростые американские парни, в лице Дж. Дж. Абрамса, Мэтта Ривса и Дрю Годарда (кинообщественность должна знать своих героев по именам) нашли чудодейственную формулу и с успехом применили ее на публике. Теперь все страждущие могут забыть про бессонные ночи, проведенные в безуспешных поисках истины. Отныне им достаточно взять с полки уже готовый рецепт под названием «Монстро» и, тщательно его изучив, попробовать состряпать по нему своё блюдо. Так чем же все-таки столь примечательна и отлична от других придуманная авторами формула, заставляющая почти каждого из нас ни на секунду не отрываться от экрана, представляя себя тем самым парнем с видеокамерой, неожиданно оказавшимся в самой гуще трагических и ужасных событий. Попробуем разобраться и мы.

Начать следует, безусловно, с видеоряда. Казалось бы, постоянно движущаяся и меняющая ориентировку в пространстве картинка должна вызвать неизбежный дискомфорт при просмотре. Однако после первых же минут замечаешь, что в отличие от модной нынче (особенно для файтинг-сцен) эпилептически- хаотичной дрожи, камера в «Монстро» строго подчинена логике движений оператора-любителя и в точности передает все его ощущения, от неподдельного интереса до истерического сарказма и отчаяния. И в первую очередь из-за этой камеры мы ощущаем себя по ту сторону экрана, вступая в безнадежное сражение с неизведанным.

Эффект присутствия не был бы полон без подобающей звуковой дорожки. И тут-то создатели постарались на славу. Диктуемое жанром отсутствие музыки развязало руки звукооператорам, и те воспользовались предоставленной свободой сполна. Трудно передать словами то многообразие таинственных, пугающих, бросающих в дрожь звуков, которые обрушиваются на зрителя, вжимая его в кресло и заставляя отчаянно бороться с желанием вертеть головой в поисках источников этих звуков. Драматургия сюжета по своей психологичности порой не уступает лучшим образцам для подражания. За весь фильм герои (и мы вместе с ними) успевают пережить целую эволюцию чувств: от тревоги и сдержанного любопытства через страх и отрицание до отчаяния и безнадежности. Не последнюю роль и здесь играет картинка: вот мы вместе с протагонистом успокаиваем по телефону тревожащуюся маму, вот оборачиваемся и в оцепенении наблюдаем за готовыми к прыжку жуткими тварями. Впрочем, и ужасы показывать вовсе необязательно. Достаточно обозначить силуэт и брызнувшую кровь на стене палатки, чтобы проснулся и услужливо дорисовал леденящую душу картину безотказный природный художник – наше воображение. Добавляют заряженности атмосфере и те кадры катастрофы, которые настолько напоминают съемки трагедии во Всемирном торговом центре, что не остается никаких сомнений, где именно черпали свое вдохновение авторы фильма. К тому же некоторый шарм сюжету сообщает классическая сказочная фабула о спасении главным героем красавицы из лап чудовища. Вот только совсем не сказочная развязка возвращает в суровую реальность, словно холодный душ.

Отдельных слов заслуживает и то самое «монстро», в честь которого столь неожиданно окрестили фильм отечественные локализаторы. В отличие от классического примера «Ведьмы из Блэр», в которой оную ведьму разочарованному зрителю так и не явили, в «Монстро» морская годзилла показана хоть и фрагментарно, но во всей своей красе. И в эти мгновения создателям удается передать даже чувства чудовища: беспокойство, испуг, растерянность. У особенно сердобольного зрителя монстрик способен вызвать и жалость. Ведь по задумке авторов это существо – всего лишь детеныш, очнувшийся после невесть скольких лет сна и очутившийся во враждебной и жалящей среде, а покусавшие множество народу беспощадные твари – просто мелкие паразиты, присосавшиеся к «малышу» во время его безмятежной летаргии.

Разумеется, никакого триумфа по удержанию зрительского внимания невозможно достичь без динамики сюжета. И с этой составляющей у режиссера и сценариста также всё в полном порядке. Действие начинается неспешно, словно вовлекая нас в повествование, позволяя привыкнуть к его законам, а затем резко взрывается горящими осколками ночного Нью-Йорка, чтобы не останавливаться до самого финала, наполняя адреналином организмы всех внимающих этому буйству хаоса. Все бы хорошо, однако есть и в этой картине одно большое «НО». И в данном случае оно фундаментальное, поскольку произрастает из того же корня, что и главная идея фильма. Именно из-за эффекта присутствия пришлось пожертвовать многими неотъемлемыми радостями простого кинолюбителя. К примеру, как показать через любительский объектив игру актеров, едва заметные тени чувств, пробегающие по лицам, которые в состоянии выхватить лишь профессиональная камера и тщательно подобранное освещение? Та же самая работа осветителя, гримера, костюмера, даже композитора всей основной идеей фильма практически сводится на нет. Избавления не видно, ибо все эти составляющие хорошего фильма были неотвратимо сожжены в костре пресловутого всепоглощающего эффекта присутствия.

Именно поэтому фильм, сколь бы удачным он ни получился, остается всего лишь экспериментом. И обязательно найдутся люди, творящие настроение заученной фразой «Да мне бы видеокамеру, я и сам такое наснимаю». Однако же есть и те, у кого хватает терпения и сил зорко выискивать за фильтрами любительской камеры глубокий психологизм, за прерывающимся от ужаса голосом оператора – хорошую актерскую игру и твердую руку режиссера, за калейдоскопом сменяющих друг друга псевдолюбительских картинок – талант автора, которому удалось-таки увлечь за собой аудиторию, заставить отложить в сторону стаканы с кока-колой и неотрывно следить за происходящим на экране, будто это у них в руках эта трясущаяся от страха и адреналина камера, будто это каждый из них только что был на волосок от гибели, а впереди его ждет лишь беспросветная мучительная неизвестность. И сей зрительский поиск, напоминающий «сбор бриллиантов на необитаемом острове в надежде, что тебя когда-нибудь спасут», окупается сторицей. Честь и хвала за это Абрамсу и Ко.

Режиссура – 5 Сценарий – 4.
Delirium Tremens

© 2003-2007 BESTSELLER.Ярославль
При любом использовании материалов ссылка на BESTSELLER.Yaroslavl.ru обязательна